Главная страница | Античность | Средние века | Новое время | Двадцатый век | Техника | Самолеты | Корабли | Вооруженные силы | США | Технологии и наука Штат Огайо

 

Штат Огайо

 

Очерки об американских штатах

Огайо

По основным чертам физической географии Огайо (см. карту на 3-й странице обложки) мало отличается от своих соседей Индианы и Иллинойса. Территория Огайо тоже распадается на три части. На севере штата — Великие озера, в данном случае — оз. Эри, самое мелкое из них (глубина не более 20 м), но на редкость бурное. Прибрежные равнины весьма плодородны, хотя на западе сильно заболочены. Основную часть штата занимают пологие Центральные равнины, которые около 2 млн. лет назад покрывал ледник, сильно сгладивший поверхность и наделивший ее отличными почвами. От северо-восточного угла штата к середине границы с Индианой тянется слабо выраженный водораздел, высшая точка которого, г. Кемпбелл-Хилл, достигает всего 472 м. На север, в оз. Эри, текут реки Сандаски, Кайахога, Гранд-Ривер, а на юг, в р. Огайо, вливаются Майами, Сайото, Маскингум.

Юго-восточная часть штата — это холмистые отроги Аллеганского плато, рассеченного глубокими долинами рек. Южную границу Огайо, как в Иллинойсе и Индиане, образует р. Огайо.

Здесь тот же умеренный континентальный климат с холодной зимой и мягким летом и осадками примерно 100 см в год. Вегетационный период длится от 150 суток на севере до 200 на юге. Единственное существенное отличие в том, что степных пространств, как в Иллинойсе, здесь не было; прежде поверхность штата почти полностью (на 95%) была покрыта густым широколиственным лесом, но ныне леса занимают лишь 20% территории.

Сходной с соседними штатами была и история Огайо. До прихода белых его территорию заселяли около 15 тыс. индейцев из охотничьих алгонкинских племен. Первым из белых по этим местам прошел француз Р. Ла-Саль (1669— 1670 гг.), и на этом основании Франция долго оспаривала право на Центральные равнины у Англии. Лишь по Парижскому договору 1763 г. эти равнины (и будущий штат Огайо в том числе) отошли к Англии, а после революции — к новорожденным США.

Заселение и здесь начиналось с долины р. Огайо, где в 1788 г. ветераны войны за независимость создали при впадении р. Маскингум в Огайо первое постоянное поселение Мариетта. Годом позже янки-колонисты из Нью-Джерси основали в устье р. Майами город Цинциннати. Выделенный в междуречье Сайото и Майами Вирджинский военный округ стали заселять ветераны из Вирджинии и Кентукки. Река Огайо превратилась, по выражению Дж. Гантера, в «главную улицу» страны. Тысячи колонистов переправлялись вниз по ней на плоскодонках, которые после высадки разбирались на дрова, а вверх по течению, преодолевая пороги и засады индейцев, шли с товарами килевые суда (в 1811 г. появился первый пароход).

В отличие от Иллинойса и Индианы в Огайо рано стали заселять и северную часть. На нее с 1800 г. претендовал штат Коннектикут, поскольку в его колониальной хартии было записано, что ему отводятся земли за Пенсильванией, лежащие на широте Коннектикута. Поэтому в северо-восточном углу Огайо был выделен «Западный резерв» (это название до сих пор бытует у местных жителей), который деятельно колонизовали коннектикутские янки.

Согласно ордонансу 1787 г., территория с числом взрослых мужчин свыше 60 тыс. могла претендовать на получение прав штата. Огайо превысил эту квоту в самом начале XIX в. и 1 марта 1803 г. был принят в состав США 17-м по счету штатом со столицей в Чилликоте.

Индейцы оказывали пришельцам упорное сопротивление, но после того, как в 1811 г. У. Гаррисон (будущий президент) разгромил под Толидо отряды вождя Текумсе, колонизация Огайо резко ускорилась. Плодороднейшие земли, ровный рельеф, обильные леса и воды, привычный европейцам климат делали и этот край «аграрным раем». К тому же участки земли продавались здесь всего по 3 долл. за гектар. Колонизация быстро охватила внутренние части штата благодаря строительству транспортных путей, особенно знаменитой Национальной дороги из Пенсильвании. Невысокий водораздел легко преодолели каналы: в 1827 г. был проложен путь по рекам Маскингум и Кайахога с выходом на Кливленд, затем — между Майами и Моми (Цинциннати— Толидо). В 1844 г. была сооружена железная дорога Кливленд — Сандаски, а в 50-е годы их строительство обрело характер лихорадки. К гражданской войне по их протяженности Огайо занимал первое место в стране.

В 1820 г. Огайо вышел на пятое место по населенности, а в 1840 г., с 1,5 млн. жителей, на третье (после Нью-Йорка и Пенсильвании). В 40-е годы прошлого века штат занял ведущее место по сбору пшеницы; в 50-е — по кукурузе, а также по суммарной стоимости продукции сельского хозяйства.

Огайо активно заселяли неанглийские колонисты. Ирландцы приезжали с юга, а также из штата Нью-Йорк, где они сооружали Эри-каиал, а после его окончания перебирались на строительство огайских каналов; пенсильванские немцы строили железные дороги и осушали болота на северо-западе, а потом осели в Огайо. Так сложились немецкие общины Нью-Бремен, Нью-Бавария, Мюнстер.

С 1830-х годов к ним присоединились иммигранты из Германии, Швейцарии, Ирландии, Уэльса. Цинциннати и Колумбус приобрели немецкий облик, округа Тускаровас и Монро часто называют «Огайской Швейцарией». Искусные в горном деле переселенцы из Уэльса осели вокруг рудников в округе Джексон на юге, секта амишей из Германии и Швейцарии заселила округ Холмс в центре штата.

Во время гражданской войны Огайо стал одним из оплотов аболиционизма и дал армии северян 320 тыс. солдат, а также военачальников — У. Шермана, Ф. Шеридана.

Победа в гражданской войне дала мощный импульс индустриализации Огайо, прежде сугубо аграрного края. В 1880 г. промышленность превзошла сельское хозяйство по стоимости продукции, и к концу века штат вышел по этому показателю на четвертое место в стране. Цинциннати, бывшая «столица свинины и виски», на рубеже веков входит в десятку ведущих индустриальных центров страны, лидируя в станкостроении и мыловарении. Развитая промышленность появилась во многих средних и мелких городах Огайо и размещалась по его территории довольно равномерно, но главный ее очаг постепенно сместился к северо-востоку, к Кливленду, где происходила перегрузка железной руды, идущей по Великим озерам в район Питтсбурга. Здесь выросла мощная черная металлургия. В начале нашего века штат давал пятую часть американской стали. Здесь же Рокфеллер заложил основу своей нефтяной империи «Стандард ойл», поначалу ориентированной на соседние месторождения Пенсильвании (в Огайо нефть стали добывать в районе Лаймы и Финдли еще с 1860 г.

К 1900 г. Кливленд чуть уступал Цинциннати по числу рабочих (59 тыс. против 63 тыс.), но обогнал по населению (382 тыс. против 326 тыс.) и вышел на седьмое место в США. К 1910 г. горожане стали преобладать над сельскими жите-лями в штате.

Индустриализация сопровождалась мощным притоком иммигрантов из Европы, которые оседали в основном в северных городах штата. Так, в населении Кливленда в конце прошлого века насчитывалось 48 языковых групп. Но в целом число жителей Огайо росло медленнее, чем в США в среднем. Еще в 1890 г. Иллинойс оттеснил Огайо по людности на четвертое место, а к 1900 г. доля штата в населении страны упала до 5,5%.

Между тем значение Огайо в общественной жизни и в политике было очень большим. В 1868 — 1881 гг. все три президента США подряд (У. Грант, Р. Хейс и Дж. Гарфилд) были выходцами из Огайо, а с 1888 до 1915 г. они сменялись «через одного»: 23-м президентом страны стал внук У. Гаррисона Б. Гаррисон, 25-м — У. Маккинли, 27-м — У. Тафт, 29-м У. Гардинг. По числу вышедших из штата президентов (семь) Огайо уступает только Вирджинии, давшей восемь президентов. Правда, огайцам на этом посту не везло: У. Гаррисон и У. Гардинг умерли после вступления в должность, Дж. Гарфилд и У. Маккинли пали жертвами убийц.

Из Цинциннати происходит политическая династия Тафтов. Ее основатель А. Тафт был военным министром при У. Гранте, послом США в Австро-Венгрии и России; сын стал президентом, а затем председателем Верховного суда США; внук, Р. Тафт, был сенатором в 1939 — 1953 гг., конкурировал с Д. Эйзенхауэром в борьбе за выдвижение кандидатом в президенты от республиканцев; правнук, Р. Тафт, был сенатором в 1971 — 1976 гг.

Примечательно, что все президенты из Огайо были республиканцами. Штат был настоящим бастионом республиканской партии, она господствовала тут почти безраздельно. «Боссизм» этой партии олицетворяли Дж. Кокс в Цинциннати и М. Ханна в Кливленде; У. Маккинли называли «карманным президентом» Марка Ханны. Деспотизм и коррупция республиканских «машин» породили волну возмущения, и на ее гребне группа политиков-реформистов сломила боссов в Толидо, Кливленде и Цинциннати. Их деятельность вылилась в реформы систем городского самоуправления, вскоре распространившиеся по всей стране. Окончательный удар по засилью республиканцев на-несли кризис 30-х годов и «новый курс» Ф. Рузвельта.

Кризис больно ударил по индустрии Огайо; сказалось общее обветшание ее основных фондов, чрезмерная специализация на тяжелой промышленности. Значение штата стало падать. Если в 1940 г. Огайо обгонял Калифорнию по населенности, то в 1950 г. Калифорния вышла на второе место, а Огайо оказался на пятом, в 1970 г. его обогнал Техас; к 1980 г. население Кливленда сократилось до 574 тыс. жителей, т. е. до уровня 70-летней давности, в Цинциннати оно упало на четверть, до 385 тыс. В результате Кливленд откатился на 19-е место в стране, Цинциннати — на 32-е.

Как видим, путь развития Огайо схож с историей других штатов южного Приозерья. и все же в социокультурном отношении Огайо разительно от них отличается. Прежде всего бросается в глаза равномерность заселения Огайо: если в Иллинойсе явно доминирует Чикаго, в Мичигане — Детройт, в 8исконсине — Милуоки, здесь примерно равную роль играют три мегалополиса, входящие в число 35 крупнейших агломераций страны,— Кливленд, Цинциннати и Колумбус, притом расположенные в разных концах штата. Их дополняет обширная сеть крупных, средних и мелких городов. «В какую бы сторону вы ни направились по шоссе в Огайо,— пишет Н. Пирс,— через час обязательно попадется средних размеров город». Отсюда довольно мозаичная картина общественной жизни штата, отсутствие центра с решающим влиянием. В итоге, за исключением Аллеганского плато, в Огайо нет настоящих «медвежьих углов», но нет и подлинно «столичного центра». Говорят даже, что для всех городов Огайо характерен явственный налет провинциализма; жители Колумбуса нередко иронизируют над собой и называют его «самым большим маленьким городом Америки». А ведь а нем сейчас более полумиллиона жителей!

Однако городам Огайо есть чем гордиться. Дейтон прославился тем, что братья Райт построили в нем первый в мире моторный самолет, а Дж. Ритти — первый кассовый аппарат; фирмы Гамильтона еще в 50-е годы давали до половины мирового производства стальных сейфов; в Марионе был создан первый в мире паровой экскаватор; Бьюсайрес дал имя одной из крупнейших фирм по производству гигантских землеройных машин; в маленьком Финдли находилась штаб-квартира крупной нефтяной компании «Маратон ойл»; в Акроне — крупнейшее в стране скопление штаб-квартир резиновых компаний, а в Толидо — по производству стекла; в Кантоне была основана Американская футбольная лига, и здесь расположен ее знаменитый «зал славы».

В Огайо — обилие крупных культурных учреждений. Особенно славен ими Цинциннати. Здесь еще в 40-х годах прошлого столетия работали основатели знаменитой «Гудзоновской школы» пейзажистов, в 1854 г. открылась художественная галерея, в 1869 г.— академия художеств; театральная жизнь бьет ключом с 1839 г., и сегодня местный театр кВ парке» считается одной из ведущих в США экспериментальных трупп. Цинциннатским сим-фоническим оркестром, созданным в 1895 г., долгое время руководил великий дирижер Л. Стокоиский, но его славу оспаривает Кливлендский оркестр. Здешний музей искусства — один из лучших. В Кливленде, Цинциннати, Колумбусе и Дейтоне — крупные оперные театры, тогда как во всех остальных штатах Приозерья есть лишь шесть опер сопоставимого уровня. Публичная библиотека Цинциннати (3,4 млн. томов) — в десятке крупнейших в стране.

Огайо называют «страной школ и колледжей» — их здесь необычно много. В этом сказались традиции янки и немецких колонистов, которые с особым рвением строили учебные заведения. Огайский университет (15 тыс. студентов в 1986 г.) — ровесник штата, он был создан в г. Атенс по решению первой в истории штата легислатуры в 1804 г., у него кампусы еще в пяти городах. Пять лет спустя в Оксфорде был создан Майамский университет. Да и все города штата постарались обзавестись собственным колледжем или университетом. Ныне их около 140, в них учатся более полумиллиона студентов. Антиохский колледж славится художественным факультетом, Оберлинский со дня своего основания (1833 г.) открыл двери для женщин и чернокожих. Самое же крупное учебное заведение — Университет штата Огайо с семью кампусами, в главном из которых (г. Колумбус) более 50 тыс. студентов.

В штате нет монолитной этнической группы, которая возобладала бы над остальными. Национальные корни населения чрезвычайно разнообразны: почти 40 этнических групп отмечают здесь свои культурные фестивали, но при этом лишь треть огайцев, согласно последней переписи, относит свое происхождение к какой-либо одной определенной этнической группе (13% считают себя потомками немцев, 9%—англичан, 4% — ирландцев, по 2% — итальянцев и поляков, по 1 % — французов и венгров, остальные— потомки смешанных браков).

Такое же отсутствие преобладающей силы характерно и для политики. В 1984 г. 1765 тыс. избирателей считали себя сторонниками демократов, 1170 тыс.— республиканцами, 2914 тыс. (почти половина!)— независимыми. В XX в. губернаторами штата по 12 раз становились и республиканцы, и демократы. В генеральной ассамблее (законодательный орган штата) представительство партий также почти равное — в сенате 15 демократов и 18 республиканцев, в палате представителей — соответственно 59 и 40.

В промышленном Огайо с его мощнейшим пролетариатом должна была, по логике вещей, сложиться либеральная политическая культура, опора для демократов. На деле же рабочий класс в этом штате рос на фоне уже сложившейся аграрной культуры процветающих фермеров, ревностных сторонников республиканской партии. Да и сегодня его политический климат отличается консервативностью, культом свободного предпринимательства. «В Огайо слово «прибыль» отнюдь не ругательство»,— говаривал губернатор республиканец Дж. Родс, занимавший этот пост четыре срока — с 1963 по 1983 г., с перерывом в 1971 — 1974 гг. (в Огайо губернатор имеет право занимать свой пост не более двух четырехлетних сроков подряд).

Консерватизм порой переходит в настоящее мракобесие. Так, в 1970 г. губернатор Дж. Родс обрушился на местных студентов-пацифистов, назвал их «худшими из людей, которых мы приютили в Америке», и сравнил с гитлеровскими молодчиками. 4 мая 1970 г. национальные гвардейцы открыли огонь по антивоенной демонстрации в Кентском университете. Жертвами этой вошедшей «в историю кровавой расправы стали четверо убитых и около 20 раненных студентов.

Причин для огайского консерватизма немало. Тут и сильное влияние южной субкультуры, и традиции некоторых иммигрантских групп (особенно немцев-католиков, швейцарцев) и религиозных сект, и стародавнее наследие колонистов-янки с их воинствующим патернализмом, стремлением навязать рабочим хозяйскую опеку. Сказалось и долгое господство республиканцев, умело заигрывавших с рабочими, накопивших в этом немалый опыт. В 1978—1982 гг. огайский консерватор Л. Уильямс три раза подряд побеждал на выборах в палату представителей от «огайского Рура», долины Махонинг, в разгар ее бедствий из-за свертывания предприятий черной металлургии.

Некогда штат славился как один из оплотов борьбы против рабства, в Огайо вели многие «подземные железные дороги», по которым с Юга переправляли беглых рабов. Одной из главных «станций» был Оберлин. За последние полвека численность черных в штате превысила 1 млн., или 10% его населения. В 1967 г. Кливленд стал первым в стране крупным городом с черным мэром — К. Стоксом; его брат Л. Стокс в 1968 г. стал первым в истории Огайо черным конгрессменом (от восточного Кливленда, где доля черных ныне составляет четыре пятых). Член влиятельного комитета по ассигнованиям, он стал олицетворением «прорыва черных в кон гресс». Но социально-экономическое положение черных в Огайо незавидное, недаром в 1966 г. в кливлендском квартале Хью вспыхнули сильнейшие волнения.

Впрочем, сегодня в Огайо нелегко живется и многим белым. Штат отстал от других по важным показателям. Душевой доход здесь ниже среднего по стране, один из самых низких на индустриальном Северо-Востоке.

Между тем в промышленности Огайо занято свыше 1 млн. человек — больше, чем в Иллинойсе или Пенсильвании, которые превосходят Огайо и по площади, и по населению. Штат преуспел в развитии многих отраслей, его промышленность отличается широкой специализацией, хотя некоторые из отраслей уже прошли пик развития, например нефтехимия, бытовая химия (сегодня в ней занято всего около 40 тыс.), производство шин и стекла.

Основу индустриальной специализации Огайо составляют теперь отрасли металлообрабатывающего комплекса. Главные центры черной металлургии — Кливленд, где комбинаты компаний «Рипаблик стил» и ТРВ имели в 1985 г. суммарную годовую мощность 5,1 млн. т стали (четвертое место среди центров отрасли), Мидлтаун с производством спецсталей на комбинате «Армко» (3,1 млн. т), Лорейн с комбинатом «Ю-Эс-Экс» (3,0 млн. т). Стью-бенвилл (2,4 млн, т), Уоррен и Найлс (2,3 млн. т). Сталь выплавляют из лома в Кантоне (2,4 млн. т на заводах ЛТВ и «Тимкен»), Мансфилде, Марионе. Гордость огайского машиностроения — производство металлорежущих станков. В этом Огайо не знает равных (43 тыс. занятых в 1982 г.). Главный центр — Цинциннати с заводом компании «Милакрон» с 5 тыс. занятых. В штате есть несколько крупных заводов строительных машин (в Юклиде, Марионе и др.), общепромышленного оборудования в Дейтоне, Кантоне, Барбертоне. Но стержень машиностроения — автомобильная промышленность (82 тыс. занятых). Монополия «Дженерал моторе» имеет автосборочный завод в Лордстауне, «Форд мотор» — в Лорейне, а в Толидо «Америкен моторе» выпускает знаменитые «джипы». Эту отрасль обслуживает множество вспомогательных предприятий тех же корпораций, выпускающих двигатели, автодетали, радиаторы и т. д. Выделяется Огайо электротехникой, ламповыми заводами «Дженерал электрик» в Кливленде и Янгстауне, производством бытовых холодильников на автозаводах «Дженерал моторс» в Дейтоне и др.

Военная промышленность развита в Огайо сравнительно слабо, Пентагон размещает здесь лишь 2—3% своих первичных военных контрактов. Из важных военных заводов — новый танковый корпорации «Дженерал дайнэмикс» в Лайме, выпускающий основной танк армии США М-1 «Абрамс», и крупнейший в стране завод военных авиадвигателей «Дженерал электрик» в Эвондейле (пригород Цинциннати).

Еще в 1818 г. в Огайо началась добыча угля, и сегодня в восточных округах все еще добывается за год 30 — 35 млн. т. Обширные площади здесь обезображены громадными угольными разрезами.

Роль Огайо в сельском хозяйстве страны скромнее (11-е место по стоимости продукции), но достаточно велика. Здесь начинается знаменитый «кукурузный пояс», который тянется на запад через Индиану, Иллинойс и Айову до Небраски. Однако в Огайо типичная для этого пояса специализация на кормовом зерне и мясном скоте не столь выразительна: почти 40% пашни занято кукурузой (сбор около 20 млн. т/год), до 6 млн. т (пятое место в стране) собирают сои. Поголовье крупного рогатого скота и свиней составляет примерно по 1,8—2,0 млн. голов. Очень высокого развития достигло молочное животноводство: стоимость продаваемого молока от почти 400 тыс. коров больше, чем говядины или свинины.

Но роль Огайо в материальном производстве неуклонно падает. Численность занятых в промышленности штата достигла максимума в конце 60-х годов (1,3 млн.) и с тех пор сокращается. Доля Огайо в промышленности страны за полвека сократилась (по числу занятых) с 8 до менее 6%, а в сельском хозяйстве, по стоимости, с 4 до менее 3%.

Как видим, сильная индустриализованность хозяйства района отнюдь не гарантирует высокие темпы развития или уровень жизни, устойчивую занятость. Огайо, который по доле занятых в промышленности далеко опережает многие штаты, заслужил в 80-е годы репутацию едва ли не самого бедствующего в стране. Тяжелый кризис поразил города, особенно Кливленд, ставший символом финансового краха политики городских властей.

Впрочем, после спада в последние годы в Огайо наметилось известное оживление. В Акроне, откуда почти все резиновые заводы «убежали» на Юг, растет число наукоемких фирм, и город уже назвали «Кремниевой долиной морозного пояса». Спад обошел стороной столицу штата Колумбус. Структура его хозяйства разнообразна, он располагает значительным научно-исследовательским сектором: Бат- телевский институт считается крупнейшим в мире частным научным учреждением. Журнал «Форчун» горделиво заметил, что в качестве центра научных исследований Колумбус уступает сегодня только Вашингтону и Москве. Даже Кливленду удалось вырваться из пучины финансового кризиса благодаря успешной деятельности мэра демократа Дж. Войновича. Достигнуты успехи в охране окружающей среды: в озеро Эри возвращается рыба, в кливлендской реке Кайахога, которая в 1969 г. едва не загорелась от переизбытка нефти, теперь можно купаться. Большие надежды на возрождение хозяйства штата породило решение японской компании «Хонда» построить свой первый в стране автозавод в Марисвилле, к северо-западу от Колумбуса.

Но до подлинного перелома, по-видимому, далеко. Сказываются последствия близорукой политики республиканцев, стоявших у власти в 70-е годы и пытавшихся искусственно удержать в штате тяжелую промышленность. Курс республиканской администрации на предоставление льгот бизнесу вверг казну штата в жестокий дефицит, оборотной стороной низких налогов стал низкий уровень общественных услуг, крайняя запущенность охраны окружающей среды. В результате возросло влияние демократов в политической жизни штата.

В 1982 г. выборы на пост губернатора с большим преимуществом выиграл демократ Р. Силесте, бывший директор «Корпуса мира». Его администрация увеличила налоги и покончила с дефицитом бюджета, и ныне по уровню местного и штатного обложения Огайо мало уступает среднему по стране уровню. На перевыборах 1986 г. против PJ Силесте снова выступил Дж. Родс, который до этого в 1974 г. «свергнул» губернатора-демократа, но на этот раз 77-летний политик с треском проиграл.

Оба сенатора от Огайо — демократы, причем Дж. Гленн — популярнейший в штате политик. У него репутация примерного семьянина и патриота, набожного и работящего, он был военным летчиком, потом первым американским астронавтом, совершившим орбитальный полет. На президентских праймериз демократов в 1984 г. он одно время опережал других претендентов, но потом сошел с дистанции. Дж. Гленн считается умеренным. В комитете по делам вооруженных сил он зачастую поддерживает выделение ассигнований на модернизацию вооружений, но твердо выступает за нераспространение ядерного оружия, а ранее в комитете по иностранным делам склонялся к ратификации ОСВ-2. В 1986 г. против него выступил консервативный конгрессмен республиканец Т. Кайнднес (от юго-западного Огайо), который заверял избирателей, что Гленн — «отличный малый», зато как политик — нуль; республиканская партия предоставила ему 700 тыс. долл. на кампанию против Гленна, у которого еще не был выплачен долг в 2 млн. долл. с 1984 г. Однако Гленн легко победил, набрав 62% голосов.

Второй сенатор, Г. Метценбаум, один из самых ярких либералов в конгрессе, красноречив и язвителен. Он неустанно атакует администрацию Рейгана, особенно в связи с назначениями ею высших чиновников, выступает как радетель интересов потребителей и налогоплательщиков перед лицом большого бизнеса.

Видные либералы есть и среди огай ских конгрессменов-демократов (делегация штата в палате представителей конгресса США состоит из 10 республиканцев и 11 демократов). В первую очередь это энергичный и напористый Д. Экерт, который после избрания в 1980 г. от северо-восточного Огайо стал одним из самых ярых противников Р. Рейгана, предлагал сократить военный бюджет вдвое. Его коллега М. Оукар (западный Кливленд) предлагала в 1982 г. передать 5 млрд. долл. из военного бюджета на программу «медикэр», она — активный сторонник защиты природной среды. К числу либералов можно отнести М. Кап- тур от Толидо, Э. Фейгана от пригородов Кливленда, Д. Пиза от Лорейна, Дж. Тра- фиканта от долины Махонинг. В 1986 г. их ряды пополнил бывший мэр Акрона Т. Сойер, который сменил ушедшего в отставку либерального демократа Дж. Сей берлинга, в свое время голосовавшего в юридическом комитете за импичмент Р. Никсона.

Умеренными считаются конгрессмены Т. Лукен и Т. Холл, в 70-х годах отвоевавшие у республиканцев места от западного Цинциннати и Дейтона, но унаследовавшие зависимость от консервативных настроений местного электората. Юго-восток штата издавна выдвигал в конгресс типичных южных диксикратов, реакционных до крайности, Так, район Стьюбенвилла 28 лет представлял влиятельнейший демократ У. Хейс, который возглавлял комитет палаты по делам административных органов и комитет демократической партии по выборам. В 1976 г. его сменил Д. Эпплгейт, который во многом подражает У. Хейсу и часто голосует вместе с республиканцами, а не с демократами.

Среди республиканцев преобладают консерваторы (в предвидении выборов 1988 г. они несколько сдвинулись к центру). Это Дж. Касич, Б. Макивен, М. Оксли, Д, Латта, М. Девайн, К. Миллер, ревностные сторонники Р. Рейгана. В 1986 г. к ним присоединился заменивший Т. Кайнднеса Д. Лукенс, «вундеркинд» республиканцев 60-х годов (в 1967 — 1971 гг. тоже член палаты), одно время глава Лиги молодых республиканцев. Известен он тем, что еще в 1968 г. ратовал за избрание Р. Рейгана президентом.

Умеренные традиции линкольновского толка сильны среди республиканцев в Цинциннати, где их представляет друг семьи Тафтов конгрессмен У. Градисон, и на северо-востоке, близком к коннектикутским корням (до 1976 г, здесь его представлял У. Мошер, республиканец вполне новоанглийской степени уверенности). Легко прослеживается, что либералов обычно выдвигают округа северного и северо-восточного Огайо, консерваторов — глубинка «кукурузного пояса» и Аллеганского плато, умеренных — такие крупные города, как Цинциннати, Колумбус, Дейтон.

Примечательны сдвиги последних лет в этой картине. Богатые пригороды, еще недавно оплот консервативных республиканцев, постепенно ветшают, их состоятельные обитатели переезжают подальше, а место последних занимают горожане с достатком поскромнее. Так, в некогда фешенебельных кливлендских пригородах Шейкер-Хайтс и Кливленд-Хайтс четверть населения составляют ныне черные, электорат здесь стал либеральнее — и выдвигает конгрессменов типа Э. Фейгана. Состоятельные фермеры «кукурузного пояса», питавшие консервативные традиции, давно уступают по численности пролетариату местных индустриальных городов, охваченных спадом, где растет влияние демократов.

Официальные прогнозы, обычно оптимистические, не сулят Огайо радужных перспектив. Так, по оценкам Бюро переписи США, численность населения штата сократится за 90-е годы на 3,8%.

Л. В. Смирнягин

Источник - "США - экономика, политика, идеология." №6 1988.

Последнее обновление 19.11.2015 год

Автор - Антропов Петр, 2001 - 2017.

petivantropov@gmail.com

  Рейтинг@Mail.ru